іначє іх би заморозілі солдати НАТО

 

Безделицы для погрома

 

 

Луи-Фердинанд Селин

Перевод с французского

 

Натали, моя переводчица, 

...

В тот вечер, когда к ним нагрянули с обыском, у них во дворе толпилось много народу… ее мать ласково сказала ей: «Натали, моя девочка, подожди меня, дорогая… Будь умницей… Я схожу вниз посмотрю… что там происходит… Я скоро вернусь и заодно принесу уголь…» Ее мать так никогда не вернулась и ничего не принесла… Большевики отдали Натали в колонию, сперва рядом с городом, немного позже — на дальнем Севере… Мотание по поездам… В течение нескольких лет… по всей России… Она рассказала мне о своих детских переживаниях и забавах… Обо всех скитаниях!.. О том… как весь их интернат был эвакуирован при приближении неприятеля… Сперва опасность исходила от Колчака… потом от Врангеля… и наконец от Деникина… Каждый раз их путь лежал через бескрайние степи… Путешествие продолжалось месяцами… эвакуировали всех детдомовцев… Нужно отдать должное большевикам, те делали все от них зависящее, чтобы все они не сдохли, как мухи… в пути… Иногда было так холодно, что маленькие трупики становились жесткими, как полешки… вырыть яму было невозможно… Их даже не могли похоронить. Их просто сбрасывали с телеги, останавливаться было запрещено.

Хай живе наш суд, найгуманніший суд у світі!

 Стразбургзький  стрілок мав доволі багатий життєвий шлях.

Був засуджений 27 разів. Останні два чи-то розбійні напади, чи-то озброєні пограбування (я не зміг розібратися точніше) скоєні у один день. Його навіть за це затримали, ув'язнили, та випустили через шість місяців.

Хай живе наш суд, найгуманніший суд у світі!